Белый день (bely_den) wrote,
Белый день
bely_den

Смилла и что это было вообще, Хёг?

(П.Хёг. "Смилла и ее чувство снега")

Я поступлю как Хёг, пожалуй. Начну рецензию в одном жанре, а закончу в другом. (Nota bene. Товарищи авторы! Не берите пример с меня и Питера. Если вы собираетесь менять жанр в середине книги, то а) пристегните ремни, б) убедитесь, что вы достаточно талантливы для этого приема, в) проверьте: возможно, вашу книгу интересно читать только из-за жанровых особенностей.)

Часть первая. Попытка рецензирования.
Итак, если попытаться просто рецензировать «Смиллу», то перед нами вполне типичный образчик скандинавского нуара. Присутствуют кровь и секс, причем в типичном для этого стиля виде. Что касается крови, то человек в скандинавском триллере– это вообще такой мешок с ливером, над которым другой человек может – и с успехом – проделывать все, что захочет (покуда его пора не придет). Секс, в лучших традициях жанра, механистически описан, отдает тленом и легким (или нелегким) извратом, из-за чего кажется, что героям нестерпимо скучно, но они надеются, что если засунуть хомяков в аккордеон и еще встать на голову – то кручина попустит и наступит веселье. Надеются, конечно, тщетно.
Разумеется, никуда и без социальности. Из заявленного: нелегкая судьба эскимосов, детей природы, и экзистенциальное одиночество человека в огромном городе. Все заявленные темы раскрыты почти убедительно. Прокол наблюдается там, где главгероиня, презирающая отца-датчанина, его жену, а заодно всю удушающую цивилизацию, привычно приходит к нему за чеками на барахлишко и потом долго описывает закупленные шмоточки. Такой вот манифест независимости дикаря в каменных джунглях.
Что касается перевода, тут у меня умных слов нет. Он просто чудовищен. Местами, чтобы понять написанное, мне приходилось заглядывать в англоязычное издание, ибо датского языка я, увы, не знаю.

«Мы спускаемся вниз, и это двоякого смысла спуск. Там, внизу, меня ожидает депрессия.»



Возможно, переводчик Е.Краснова сама изъясняется именно таким тяжелым, суконным, канцелярским языком, но в общем-то живые люди так не говорят:

«Со временем вода стала иметь для меня большое значение. «Белое Сечение» выходит прямо на копенгагенскую гавань. Этой зимой мне удалось увидеть, как образуется лед.»

– почему, какого черта не написать «Со временем вода приобрела для меня особое значение»?!

«Холод — не тот, который можно измерить, не тот, который показывает термометр, а тот, который чувствуешь, — зависит скорее от силы ветра и влажности воздуха, чем от того, какой на самом деле мороз.»

– почему не так: «Холод - не тот, что можно измерить, не тот, что показывает термометр, а тот, что ты чувствуешь - зависит скорее от ветра и влажности, чем от истинной силы мороза»?

«— Спускайтесь вниз.
В этот момент у меня в голове нет ясности, есть одна лишь путаница. Но такая большая путаница, что я вполне могу поделиться ею с другими. Поэтому я никуда не ухожу.
— Странный способ играть, не правда ли?
...
— Что вы имеете в виду?
— Когда вы были в этом возрасте, — говорю я, — и папа и мама еще не вернулись домой из шахты, а вы бегали один по крыше барака, вы бегали по прямой линии вдоль края?»




Мой вариант:

«— Спускайтесь вниз.
В этот момент у меня в голове никакой ясности, одна сплошная путаница. Но путаница столь прихотливая, что вполне можно и поделиться ею с другими. Поэтому я никуда не ухожу.
— Какая-то странная игра, не правда ли?
...
— Что вы имеете в виду?
— Когда вы были в этом возрасте, — говорю я, — и бегали один по крыше барака, пока папа с мамой не вернулись из шахты, вы тоже бегали, не сворачивая, по самому краю?».

Некоторые предложения переведены так, что смысл в корне меняется. Героиня-эскимоска говорит, что если подчеркивает скулы, ее принимают за азиатку. Из перевода с удивлением узнаем, что если она «наносит немного теней (sic!) под скулы», люди догадываются, что она азиатка.

Да взять, наконец, название, на котором спотыкается язык – очевидно же, что куда мелодичнее бы звучало «Снежное чутье [фрекен] Смиллы».

Ну и мое любимое! На сцену выходят тема и рема!

«Кроме следов Исайи, других следов нет. На покрытой снегом поверхности не было никого, кроме него.
— Я нашел его, — говорит механик.»




На крыше. Нет. Следов. Кроме этих.
Это. Я. Его. Нашел.
Переводчик, мухомор тебе в лукошко!

И тут плавно заканчивается рецензирование и начинается…

…Часть вторая. Крик души.
«Смилла» стартует как культурный человеческий детектив – на снегу находят труп ребенка, который упал с крыши, полиция диагностирует несчастный случай (заигрался), но мимо нечаянно проходит главгероиня-эскимоска, которая переехала из Гренландии в благополучную Данию, но не утратила навыков следопыта. Она забирается на крышу и по следам определяет, что ребенок прицельно бежал к краю крыши, периодически оглядываясь. И, как вы понимаете, понеслась.
Сначала мне так нравилось, так нравилось.
Естественно, героиня ведет частное расследование, в ходе его выходит на информацию о гренландской геологической экспедиции, во время которой погибло несколько представителей коренного населения, подкупает врача, врач признается, что после смерти кто-то брал у разбившегося мальчика пробы мышечной ткани, короче, все весьма захватывающе.
И... и блин-трындец, чем все кончилось.
Не знаю, с чем сравнить развязку и вообще всю вторую половину романа
Представьте, что вы читаете производственную драму, допустим, прилично написанную. Пол-романа рассказывается, как рабочий Иванов придумал специальную балясину для усовершенствования производства шарикоподшипников. Злой директор завода строит ему препятствия, карьерист - рабочий Козявкин - чинит ему препоны, любимая женщина колеблется, а лучший друг поддерживает.
И вдруг во второй половине романа прилетают инопланетяне и увозят Иванова на Марс производить там шарикоподшипники с помощью изобретенной им балясины.
Мое потрясение от второй части "Смиллы" было сопоставимо.
И вот кстати. Причина убийства становится на 80% ясна к концу первой части, и ты все ждешь, что в конце тебя потрясут.
Ан нет. Выглядит все примерно так.

[Spoiler (click to open)]



«Все положительные герои пырятся в рентгеновские снимки.
Один врач. Что это?!
Другой врач. Похоже на следы гигантской глисты-убийцы.
Один врач. То есть эскимосы умерли от глисты?
Другой врач. Да, похоже.
Конец первой части.

Вторая часть.
Главгероиня проникает на судно, везущее участников новой экспедиции, дохренадцать страниц перед нами прятки, инкогнито, драки, покушения на убийство, секс, наркотики, пыщ-пыщ-бдыщ, женщину бьют горячим батоном по шее, все выходят на берег, салочки, пыщ-пыщ-бдыщ.
Главзлодей (с дьявольским хохотом). Мы нашли здесь гигантскую инопланетную глисту-убийцу! Именно она и убила эскимосов! Зы. А мальчика убрали как свидетеля.»

Так и хочется взять автора за лацканы и ласково сказать: Хёг, я что, взялась читать про метеориты и паразитов-мутантов? Я читала расследование гибели персонажа! Ты в начале именно этим нас всех заманил!

А ведь я до последнего надеялась, что эскимосов убили какой-нибудь электрической проволокой подкожно.
Ну в смысле, это очень тупо, когда в первой части тебе говорят: тут был глист, - а во второй преподносят это как сенсацию, да еще и с фантастическим окрасом.



А ведь можно было понять, что начался полный трэш, когда героиню, чтобы убрать, заманили на борт корабля, корабль вывели в море, палубу облили бензином и взорвали.
И героиня, БЛИН, плывет обгорелая в ледяной воде 200 метров, и ничего! и она еще сексом в эту ночь подзанялась!
Не говоря уж о том, что КАКОЙ ИДИОТ, чтоб тихо убрать свидетеля, устроит пожарище в 200 метрах от берега города-порта?! В "Ночном портье", где показана реально действовавшая нацистская организация, свидетеля обложили в городе, прямо в доме, и почти спокойно убрали. И какая угодно могущественная организация, блин, без труда сымитирует пропажу без вести, самоубийство, закатает труп в бетон. А тут мало того, что взорвали здоровенную механическую дуру, так еще и никто не проконтролировал, не уплыла ли с нее одна-единственная тетенька?!

Ладно, закон жанра, но я думала, из этого что-то выйдет. Думала, она прикинется мертвой. И будет тайно вести следствие.
А она... она...
Она на следующий день по городу расхаживает!!! и к отцу идет! и домой!

Цитируя переводчицу Е.Краснову, в этот момент у меня в голове нет ясности, есть одна лишь путаница. Но такая большая путаница, что я вполне могу поделиться ею с другими. На свете есть много других книг, помимо этой. Хватит с меня описаний людей, убитых ударом батона по шее, инопланетных глист и муахаха злодеев. Пойду почитаю что-нибудь скучное, логичное, хорошо переведенное вдобавок. В отличие от фрекен Смиллы, я ни разу не авантюрист.

Tags: О книгах, Я нынче мизантроп
Subscribe

  • Трэш 2016 года. Хлопик, Зайка и Кот Матрос

    Котошапка и медвекегля, увиденные с утра во френдленте, навеяли мне воспоминания... 5 лет назад я наткнулась на статью о выборе маскота ЧМ по…

  • Сводки с обонятельного фронта

    (А вдруг кому мой опыт пригодится?) Краткое содержание предыдущих серий. В декабре я переболела понятно чем. Переболела в легкой форме, но…

  • Именно то, чего я боюсь...

    ...и с чем по мере сил своих борюсь в окружающей среде. «– Знаете, что самое странное в старости? Ты становишься невидимым. Пока ты…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • Трэш 2016 года. Хлопик, Зайка и Кот Матрос

    Котошапка и медвекегля, увиденные с утра во френдленте, навеяли мне воспоминания... 5 лет назад я наткнулась на статью о выборе маскота ЧМ по…

  • Сводки с обонятельного фронта

    (А вдруг кому мой опыт пригодится?) Краткое содержание предыдущих серий. В декабре я переболела понятно чем. Переболела в легкой форме, но…

  • Именно то, чего я боюсь...

    ...и с чем по мере сил своих борюсь в окружающей среде. «– Знаете, что самое странное в старости? Ты становишься невидимым. Пока ты…