Белый день (bely_den) wrote,
Белый день
bely_den

Category:

Бекмамбетов. "Ёлки" или Борода из ваты.

Все мои отзывы обычно запаздывают. Уж такой я тугодум. Но этот запоздал осознанно – я вынашивала его, как план мести, хотя вчерне готов он был давным-давно.

«Самая новогодняя комедия» (с) «Ёлки» вышла несколько лет назад и действительно стала популярна. Не повально, всенародно популярна и цитируема, но миленький антураж, забавные ситуации, пара-тройка хороших и еще несколько просто известных актеров – на кинематографическом безрыбье это всё понравилось зрителям. Идея связать всю огромную страну посредством «шести рукопожатий» и протянуть связующую нить от маленькой детдомовки до президента – замысел в классическом духе, а тема рукотворно исполненной мечты восходит к Александру Грину («Если человек жаждет чуда, сделай ему это чудо!»).

Но как раз рукотоворно исполненной мечты в фильме и нет. На протяжении всей картины нам показывают, что «всем миром, всем народом» можно исполнить даже самое невероятное желание… а в финале для спасения проваленной миссии из кустов выезжает здоровенный рояль. Всем миром, всем народом не справились.

Это тем более обидно, что в фильме есть претензия на нечто проникновенно-русское.

В чем разница между западными рождественскими комедиями и классикой подобного жанра в России (не СССР)? Американские комедии, как правило, изображают жизнь гладкую, благополучную, в которой перед Рождеством начинают происходить чудеса или забавные курьезы. Российская «рождественская сказка» как жанр складывалась в 90-е годы, когда чернуха была не только кинематографическим новшеством, но и неотъемлемой составляющей жизни в стране. С экрана рассказывали о беспризорниках, бомжах, БИЧах, обездоленных пенсионерах, о голодных и нищих, о пьянстве и бескультурье. Рождественская история в таком мире просто не могла, не имела права повествовать о сытой беззаботной жизни. Тон новым сказкам для взрослых задал Дмитрий Астрахан своей фантасмагорией «Всё будет хорошо» в 1995 году. И вот один за другим появляются фильмы: «Котенок» (Иван Попов, 1996), «Бедная Саша» (Тигран Кеосаян, 1997), «Сирота Казанская» (Владимир Машков, 1997), «Президент и его внучка» (Тигран Кеосаян, 1999), «Рождественская мистерия» (Юрий Фетинг и Андрей Кравчук, 2000). Все это – картины в той или иной степени социальные. Все они сняты в пронзительной астрахановской манере и сводятся к тому же наивному девизу 1995 года: «Всё будет хорошо!». Расшифровывая, можно переформулировать его: «Несмотря на нашу дремучую, серую, тревожную действительность – все будет хорошо, потому что в людях остались еще доброта и вера в чудо». Собственно, в этом и секрет успеха перечисленных фильмов, не все из которых отличались отменным режиссерским мастерством.

Ну а к чему тут невинные «Ёлки» Бекмамбетова и зачем столь длинный исторический экскурс?

Время прошло, несколько изменилась жизнь в стране. Подробный анализ перемен – за социологами, но, затрагивая самое очевидное, можно сказать: появилась видимость благополучия. Немного поубавилось тревожности. Часть народа перестала откровенно бедствовать. Возникли комедии нового образца, к примеру, «Операция ‘С Новым годом!’», «День радио», «О чем говорят мужчины» и незатейливо гэговые творения а-ля «Ржевский против Наполеона». Параллельно сформировался неприкрыто подражательный пласт кино, представленный во первых рядах непосредственно режиссером «Ёлок» Тимуром Бекмамбетовым. Долгое время он снимал блокбастеры, да такие, чтоб не отличить было от американских, а после стал осваивать ниву детского и новогоднего кино. Хотелось бы верить, что из тяги к разумному, доброму, вечному, но некое шестое чувство подсказывает, что народ просто-напросто не спешит идти на сомнительные отечественные боевики, когда за границей, где эта индустрия обкатана десятилетиями, блокбастеры выходят пачками. Ну а дети и размякшие в ожидании праздников русичи – это же золотая жила!

Режиссер использует мотивы, привычные российскому зрителю по тем самым приснопамятным картинам девяностых: охватываются полярные слои общества, в фильме появляются сироты, живущие в детском доме, а также вор Лёха, отпущенный в итоге на свободу героем Гармаша за внезапно проявленное благородство. Но на зуб этот фильм, долженствовавший быть таким трогательным и проникновенным, невыносимо отдает халтурой. Она просачивается всюду и вылезает то фальшью в актерской игре, то эмоционально «недотянутыми» до логического конца сценами. Борис и Евгений борются за любовь некоей Оли, не зная, что их избранницы – две совершенно разные женщины. Конфликт напряжен и вот-вот должен разрешиться. Но недоразумение обыгрывается с досадной невразумительностью. Евгений бросается с распростертыми объятиями к «чужой» Ольге, а своя вылетает как черт из табакерки, оставляя нас в недоумении – чего же он к чужой-то девушке полез? Красивой точки не получается. Более того, всюду, где зритель подводится к катарсису, Бекмамбетов так же небрежно сбивает пафос, словно боясь слишком сильных эмоций. Таков же и финал картины. Здесь ни небрежность, ни эмоциональную скупость уже ничем не прикрыть. Ведь финал – самая яркая точка фильма, где зритель должен облиться счастливыми слезами (как не должен? А для чего же ты тогда за сиротские темы взялся, Бекмамбетов?). А режиссер со сценаристом делают его нелепым. Сказочная условность тоже имеет свои пределы и пихать в фильм откровенную ересь, думая, что для милой рождественской истории все сойдет, – верх наивности. Тот же Астрахан во «Все будет хорошо» принял несколько абсолютно фантастических «если бы…» – «если бы добрый японский миллиардер путешествовал по России», «если бы выходец из глубинки за год стал богат и знаменит», «если бы знаменитый бизнесмен захотел навестить свою первую любовь» и т.д. И уже на этих допущениях базируются все дальнейшие фантазии режиссера. Потому и старый безногий дед, прицепившийся к грузовику, не разобьется, и запойного пьяницу вылечат мановением руки, и молодой Нобелевский лауреат полюбит девушку из захолустья. А вот чего ради президент озвучит в новогоднем обращении текст, написанный кремлевским дворником на снегу под окнами, и как он вообще поймет, что ему надо его озвучить, – это хороший вопрос, но мимо кассы. Режиссера «Елок» такие детали не интересуют: хотели, мол, сказки, так и кушайте полной ложкой. И ничего, что фильм снят не как сказка, а как комедия положений с легчайшим налетом сказочности – что нам стоит завершить его откровенно фантастическим финалом?
Средства, привычные Бекмамбетову, никуда не делись – «Елки» отдают-таки американщиной. Все здесь очень ровно, очень сентиментально, но без единой нотки режиссерской причастности. Нервам зрителя не суждено дрогнуть ни разу – в этом плане, пожалуй, американские комедии и те куда пронзительней. А лично у меня общее впечатление от фильма было примерно как у ребенка, обнаружившего, что у приглашенного на праздник Деда Мороза борода – из ваты. Ну как после этого верить заклинаниям, которые произносит этот самозваный волшебник?
Tags: Киномания
Subscribe

  • ...о Берлиозе (не композиторе), впоследствии покойном...

    Отрывок из писания на Прозе.ру: "В 1787 году, в ранге гвардии поручика, Резанов возглавил эскорт Екатерины Великой с инспекционной поездкой в Крым.…

  • Пост дремучей аморальности

    Поняла тут, что у меня какие-то странные отношения с понятием "мораль". Не то сложные, не то уж чересчур простые. Такое ощущение, что…

  • Бэд против Шамирова

    Помнится, я еще в 2013 году с пеной у рта доказывала, что Шамиров - так себе режиссер. Даже писала рецензию на "Со мною вот что…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments